Алина Козич о тренерской работе и белорусской гимнастике

Алина Козич, абсолютная чемпионка Европы 2004 года, после завершения карьеры гимнастки стала тренером и хореографом. Она работала со сборными Японии и Венгрии, а в 2017 году переехала в Беларусь, где работает с женской сборной страны.

Козич рассказала порталу Gymnovosti о работе в Беларуси,

В начале 2017 года в Беларуси был звездный тренерский состав, старшим тренером сборной работал Олег Остапенко. Однако летом 2017 года он вернулся в Украину, где теперь работает старшим тренером женской сборной.

— Вы начинали работать в сборной Беларуси с Олегом Остапенко, однако он вернулся в Украину. Планируете ли вы оставаться в сборной?

— Да, он уехал в мае месяце того года и так как у меня был контракт на год, до конца года, поэтому решила доработать, ну и там были такие моменты, я раздумывала, что мне делать дальше. Но, в итоге здесь тоже много изменений произошло, и в принципе мне комфортно сейчас здесь, я осталась.

— А какого рода изменения произошли?

— Ну, так как Олег Васильевич Остапенко уволился, получалось, что нужно искать какого-то другого тренера. Потом на его место пришел Грядовкин Николай Васильевич, он тоже побыл только до октября. Сейчас стала  [главным тренером] девушка — Баркалова Оля, с января месяца она начала работать как главный тренер. Состав тренерский практический полностью изменился, поэтому я и ждала — [понять] насколько мне комфортно. С этими людьми на данный момент, в принципе, нормально работать, я решила остаться.

— Бедная сборная Беларуси, такие изменения каждый раз.

— Не говорите. За полгода они, конечно, перетерпели многое. И государственный тренер поменялся, потому что была Антонина Кошель, получилось, что она уволилась, сейчас вместо нее Екатерина Колмогорова. В связи с этим тоже произошли многие изменения.

— Вы работаете только со взрослой сборной, или с юниорками тоже, с девочками помладше?

— Здесь проблема в том, что сеньорок у нас здесь только два, ну два-три человека максимум есть. Поэтому основная работа у нас идет, конечно, с девочками 12-13-14 лет, вот этот юниорский состав, который через год-два-три уже будет входить в основной состав сеньорок. Это, кстати, еще те девочки, которых отобрал Олег Васильевич Остапенко, лучшие в Беларуси и вот мы с ними работаем на данный момент.

— Почему не было девушек из Беларуси на последнем чемпионате мира? Травмы?

— И травмы, в том числе, и, как я говорила уже, их не так-то много здесь, только всего два человека, которые по возрасту попадали на этот чемпионат. Анны Травковой не было, потому что у нее травма и она так, полувосстановилась, но не было смысла ее брать, чтобы просто поехать. Это все-таки не близко было, это была Канада, поэтому и финансирование, все упиралось в это.

— Как вы считаете, у девочек-юниорок есть хорошие шансы показывать результаты года через три?

— Да, потому что сейчас идет работа очень хорошая и девочки работают уже в каком-то коллективе, уже есть какое-то соперничество, а это очень важно. И сейчас мы даже меньше готовим каких-то личниц, а хотим команду, потому что когда есть команда, всегда оттуда выйдут какой-то один-два номера, которые будут бороться между собой. Прежде всего, конечно, нужна массовость. Когда будет каких-то пять-шесть-семь человек, которые будут пытаться попасть в команду, в основной состав, оттуда можно и требовать какие-то результаты. Так что наша задача пока сделать команду.

— Какие в сборной Беларуси сейчас условия? Есть ли у гимнасток все, что им надо — снаряды, экипировка?

— В этом плане, конечно, большие проблемы здесь, потому что, так как результатов нет у девочек, финансирования тоже нет. И причем это же давно уже. Давно белорусская гимнастика медали не приносила — мы говорим о женской. Поэтому с финансированием проблемы есть. Сборы — тоже. Сейчас их урезали, мало сборов.

— Сборов в Минске или заграничных?

— В Минске. О загранице пока даже речи и быть вообще не может. Мы сейчас разговариваем только о Минске. Нам пока выделили деньги на два сбора, которые будут перед чемпионатом Европы, летние. Ну, хорошо, что девочки у нас живут в общежитии, где они учатся, в спортивном училище. Они там живут и приезжают в зал на две тренировки. В принципе, можно сказать, что на данный момент все тренируемся вместе. Просто когда сборы, их немножко освобождают от школы — естественно, тренировочный процесс лучше идет, потому что девочки не ездят туда-обратно, а находятся здесь, в нашем тренировочном зале, там рядышком гостиница. И все внимание на тренировки, без учебы. Это пока убрали, потому что денег на сборы пока нет. Посмотрим, пока со сменой главных тренеров, я так думаю, что пока просто еще не расписали план и финансирование тоже не расписали. Но будем надеяться на лучшее, что все все-таки вернется. Что хотя бы раз в два месяца сборы будут, потому что они нужны. Не могу сказать, что дети тренируются прямо в разных городах, нет, они с нами, но вопрос просто в школе. И устают, и тренировочный процесс сбивается.

— Есть ли в сборной Беларуси уроки хореографии?

— Конечно, есть. Для этого и я там, потому что мы занимаемся и у станка, у нас есть и хореография на бревне, и хореография на ковре и отдельное время у нас для прыжков гимнастических, потому что  на данный момент в правилах это чуть ли не 80 процентов успеха. И танцуем и балуемся, когда есть время, когда не соревновательные какие-то тренировки, в общем, пытаюсь сделать все, чтобы их немножечко раскрепостить. Потому что часто девчонки просто стесняются, тем более, что они еще не такие взрослые, пытаемся их растанцевать. Но хореография — это обязательно, без хореографии никуда.

— Какие-то были в прошлом сезоне программы, хореография на вольных, которые вам запомнились и понравились?

— Мне последнее время очень нравятся и постановки, и хореографические моменты у Голландии. Нидерланды, конечно, поднялись очень. Ну, Россия — всегда они были такие элегантные,  у них красивые тоже вольные упражнения. В принципе, все, не могу я больше никого так выделить.

— Как вам кажется, есть какие-то тренды на вольных упражнениях, какая-то мода на определенную музыку, на танцы?

— Вы знаете, сейчас вообще я довольна правилами, что сейчас большой акцент делается на хореографию, на артистизм, на какую-то элегантность наконец-то. Как бы не только акробатика-акробатика. Насчет трендов, не знаю. Мне кажется, что посмотрим в этом году, потому что в этом году уже будет и отбор первый на олимпийские игры. Разные гимнастки — разные стили. Потому что есть, которые больше танцуют, которые больше могут показывать себя, а есть которым просто под бум-бум нужно танцевать, как-то заводить публику, потому что им не всегда элегантность подходит, этим девочкам.

— Была ли у вас какая-то музыка или хореография мечты, которую вы бы хотели поставить, но пока не удавалось, потому что не было подходящих гимнасток?

— Вы знаете, я всегда ставлю такие цели, когда я могу их достичь. Если я вижу каких-то девочек, я примерно понимаю, что они могут сделать и пытаюсь под это что-то придумать, что-то составить. Я должна просто видеть человека, хотя бы примерно понимать под кого и как мне нужно будет составлять. А так чтобы придумать что-то такое — я не мечтаю.

— А сами гимнастки дают какой-то свой вклад — то есть, они говорят, вот хочу такую музыку, вот такое танцевать? Или что дали — то и делают?

— Конечно, когда мы начинаем составлять вольные упражнения, я всегда даю девочкам выбор. Это не одна-две музыки выбирать, а это пять-шесть музык, потому что девочке обязательно она должна понравиться, она должна получать удовольствие от того, какая будет играть музыка. И прежде всего она должна понравиться ей, чем мне. Потому что делать будет она и ей нужно принять душой эту музыку. Конечно, мы согласовываем и с девочкой, и с тренером, ну и последнее слово за мной. Если я вижу ее в этой музыке, то да. Если нет, то мы ищем какой-то другой вариант. Но в любом случае мы находим компромисс.

— В художественной гимнастике в недавние годы разрешили музыку со словами, в спортивной пока нельзя. Вам бы хотелось, чтобы в спортивной гимнастике тоже можно было выступать под музыку со словами?

— Да, я за, почему бы и нет. Потому что сейчас очень много уже одинаковой музыки, повторяется —  я так понимаю, потому что тяжело найти какую-то оригинальную музыку. Сейчас у нас можно только звуки. Даже если будет какое-то слово, уже могут придраться. Я за, почему бы и нет. Чтобы какое-то разнообразие уже было и больше оригинальности добавилось бы.

— Можете вернуться к 2008 году — вы тогда перешли выступать за Узбекистан. Почему это произошло?

— Тогда такой переломный момент, можно сказать, был у меня. Я не знала, чем заниматься мне. Я стояла на распутье — или заканчивать или еще продолжать. Я всего лишь год выступала за Узбекистан и этот год помог мне решить, готова ли я дальше продолжать бороться или пора уже переходить в какую-то другую сферу, начинать уже новую жизнь после спорта. Произошло это, потому что я увидела, что в украинской команде некоторые конфликты у меня были с главным тренером после Олимпиады. И мы поговорили с моим личным тренером, с Сергеем Михайловичем Гуцулой и решили, что нужно что-то делать. На тот момент Оксана Чусовитина была рядом, была моей хорошей подругой, она предложила. Ну, я так поняла, что пока таких определенных мыслей у меня не было, и я решила просто попробовать, почему бы и нет. Этот год, который я отвыступала за Узбекистан, расставил некоторые точки в моей жизни — в моей и в жизни моего личного тренера. И после этого получилось так, что мой тренер уехал в Японию, ну и потом меня пригласил как хореографа. Поэтому этот год был отправное точкой для моей тренерской карьеры.

Сергей Михайлович еще во времена, когда я тренировалась, готовил меня к тому, чтобы я была хореографом. Он видел, что я могу что-то составлять, что я слышу музыку, что мне нравится танцевать, и он меня уже в то тренировочное время готовил — придумай себе это, то, что-то поменяй. И он меня пригласил просто, он сказал: я знаю, что ты можешь, я знаю, что ты хочешь, я знаю, что ты это любишь, поэтому приезжай и просто делай то, что тебе нравится. И при этом ты не уходишь из гимнастики, ты остаешься в ней, ты занимаешься своим любимым делом и знаешь то, что ты делаешь. Поэтому это был простой выход, простой выбор. Я, заканчивая спорт, знала, чем я буду заниматься. Я не думала ни о каком цирке, я не думала ни о какой-то другой вообще профессии, я знала, что буду этим заниматься и буду работать, но я просто еще не понимала, где это будет.

— А Сергей Михайлович Гуцула до сих пор в Японии?

— Нет, получилось так, что мы с ним вместе работали в Японии, потом я из Японии уехала в Венгрию, он сейчас в Венгрии работает тоже. Все равно, где бы мы ни работали, получается так, что мы работаем вместе. Я думаю, что и в будущем мы будем все равно работать вместе. Потому что этот человек настолько меня знает, и я его знаю, и как тренер и ученица, и как коллеги уже, сколько лет вместе. Поэтому посмотрим, кто знает, может, и в Украине будем вместе работать, может, сюда его получится пригласить.

Моя сестра тоже была гимнасткой, также тренировалась у моего тренера, была в сборной Украины, мастером спорта. Опять же мы вместе в Венгрии работали, она в одном городе, я в другом, она тренером и хореографом была. Ольга младше меня на два с половиной года и это самый близкий мне человечек. И я тоже пытаюсь сделать, чтобы она всегда была рядом, всегда помогаю ей. Очень хочется работать где-то вместе. Наверное, все на данный момент ведет в Украину, потому что она на данный момент там, может и тренер мой вернется туда. Всему свое время, наверное, но на данный момент я здесь.

— Каково вам чувствовать, что последний раз Украина отбиралась командой на Олимпиаду это было когда вы за нее выступали и после этого пошел спад?

— Ужасно думать об этом, потому что настолько сильная гимнастика была в Украине, столько лет подряд. Не будем говорить о медалях, будем говорить о команде. Команда всегда была. И настолько даже горько и обидно и печально об этом думать, но будем верить и надеяться на лучшее. И с приходом Олега Васильевича я уверена, что в это четырехлетие, точнее осталось три года до Олимпиады, будем надеяться, будем верить, что команда все-таки уже будет в 12 лучших команд, которые едут на Олимпиаду.

У девочек много травм, насколько я знаю. Но вроде бы, как я знаю, команда должна быть на этот чемпионат мира, отборочный на Олимпиаду. Радует, что есть Диана Варинская, которая вошла в основной состав уже. Думаю, что она очень поможет команде, она номер один сейчас. И думаю, что к ней и подтянутся — когда есть лидер, намного легче тянуться и намного легче создавать какую-то команду. Да и Олег Васильевич это большой, конечно, такой момент в украинской гимнастике. Человек с таким именем —  он просто находится в зале и уже работа идет. Просто его присутствие заставляет девчонок совершенно по-другому относиться к тренировке. Поэтому я уверена, что результат будет.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *